Европейский суд по правам человека постановил, что Польша нарушила право заключенного на неприкосновенность частной жизни, поскольку уголовное учреждение, в котором он отбывал наказание, не обеспечивало доступ к женским гормонам. Суд отклонил довод польского правительства, которое указало, что отношение пенитенциарного учреждения было продиктовано заботой о здоровье заключенного и необходимостью проведения специализированных исследований.
Дело касалось человека, приговоренного в 2013 году к 11 годам лишения свободы, в том числе за кражу со взломом и грабеж. С 2013 по 2020 год он был наказан в тюрьме Петрков Трибунальский и с 2020 по 2024 год в Седлце. На момент наказания в Петркове Трибунальский мужчина стал идентифицировать себя как женщину, а в 2018 году под влиянием тяжелых психических расстройств совершил автокастрацию, после чего был помещен в тюремную больничную палату. После выздоровления он проявил превосходную агрессию, совершив нападение на тюремного охранника, и впоследствии был классифицирован как опасный заключенный.
Мужчина начал требовать признания себя женщиной и позволять ему принимать женские гормоны. В 2018 году он был обследован сексологом, который заявил, что не может определить, действительно ли он страдает сексуальной дисфорией, которая оправдывает гормональную терапию. По просьбе заключенного было составлено второе мнение, на этот раз психиатр-сексуалист, который, не разговаривая с пациентом, заказал гормональную терапию и операцию. В начале 2019 года директор тюрьмы в Петркове Трибунальский согласился на терапию и с этого момента регулярно использовал женские гормоны ещё 2 года.
В 2020 году мужчину перевели в тюрьму в Седльце, где он потребовал предоставить ему постоянный доступ к женским гормонам. Против этого выступил врач, возглавлявший отделение тюремной больницы, указав, что продолжение гормональной терапии без углубленного психологического, психиатрического и эндокринологического обследования сопряжено с "высоким риском", в том числе и с раком. Поэтому директор центра содержания под стражей в Седлце дал согласие на продолжение лечения при условии проведения необходимых исследований.
Тем временем у заключенной закончились женские гормоны и она перестала их употреблять в течение 14 дней. Заключённый попросил близкого человека получить заключение от психиатра-гинеколога, добившегося успеха в начале июля — врач рекомендовал продолжать гормональную терапию без собеседования с пациентом, исключительно на основании мнения психиатра-гендеролога 2018 года.
29 июля 2020 года адвокат мужчины подал жалобу от его имени в Европейский суд по правам человека, обвинив Польшу в нарушении права его клиента на уважение частной жизни (статья 8 Европейской конвенции по правам человека), требуя решения в размере 50 000 евро о внесении изменений и требуя, чтобы тюремные власти предоставили его клиенту доступ к женским гормонам на время разбирательства.
На следующий день Страсбургский суд издал предварительный приказ о немедленном возобновлении гормональной терапии. Тюремные власти немедленно возобновили терапию, а через несколько дней была проведена консультация с эндокринологом, который модифицировал допущенные заключённым гормоны, отказавшись отчасти от более ранних рекомендаций психиатра-сексуалиста и психиатра-гинеколога.
В 2024 году Европейский суд по правам человека большинством 6-1 голосов постановил, что Польша нарушила статью 8 ЕСПЧ и вынесла решение о компенсации заключенному в размере 8 000 евро. В пояснительной записке к постановлению Суд вывел из права на уважение частной жизни «право на защиту физической и социальной идентичности», которое также подразумевает «свободу определять гендерную идентичность». Суд отклонил переводы польского правительства, указывающие на то, что действия тюрьмы в Седлце были мотивированы заботой о здоровье пациента. В оценке ETPC были «сильные признаки того, что гормональная терапия является подходящей формой лечения в состоянии здоровья, в котором присутствовал заявитель».
Судья Кшиштоф Войтычек вынес отдельное решение, указав, что Суд поспешно предположил, что гормональная терапия действительно оправдана в случае заявителя. По мнению судьи, Суд не принял во внимание различия во мнениях между врачами по данному делу: в 2018 году сексолог заявил, что невозможно принять решение о терапии без дополнительных исследований и бесед с пациентом (которые никогда не проводились), тогда как в 2020 году начальник больничной палаты в тюрьме Сайдл указал на риск терапии. Таким образом, возникло противоречие между мнениями двух скептически настроенных врачей о назначении заключенным женских гормонов и мнениями двух других врачей, которые выступали за их введение. Поэтому тюремные власти имеют право сомневаться в том, оправдано ли продолжение гормональной терапии. Тем не менее, суд постановил немедленно возобновить гормональную терапию без знания самой медицины.
- Решение суда соответствует предыдущей линии прецедентного права, которая на протяжении более 20 лет вытекает из статьи 8 Европейской конвенции о правах человека о праве каждого на «изменение пола». Интерпретация, принятая ЕСПЧ, широко обсуждается, но устанавливается на практике и очень редко оспаривается. Среди прочего, в силу прецедентной практики ЕСПЧ, подавляющее большинство европейских стран считают гендер формой частной идентичности, которую каждый человек может выбрать по субъективному усмотрению. Следовательно, любой может потребовать доступа к медицинским услугам, позволяющим ему стать похожим на противоположный пол, и юридического признания государством «гендерных изменений». Новая особенность заключается в расширении этого права на заключенных, которые теперь могут рассчитывать на доступ, по крайней мере, к гормональной терапии во время заключения. В прецедентном праве ЕСПЧ рассматривается своего рода «презумпция транссексуальности», согласно которой сама уверенность заявителя в том, что он является женщиной, достаточна для того, чтобы считаться женщиной в юридическом смысле. Это очевидно в настоящем деле, где Суд в своем решении последовательно ссылается на транссексуала как на «женщину» и использует женские местоимения по отношению к нему. В то же время, как справедливо указал судья Войтычек, Суд развеял важность мнений, которые не поддерживают дисфорию заключенного, и счел более разумным рассмотреть мнения, которые указывают на расстройство его «сексуальной идентичности». Однако дело было весьма неоднозначным и требовало дополнительных исследований для определения окончательного диагноза, поэтому сдержанность тюремных властей была оправдана. В этом контексте особенно тревожно видеть рвение Суда в прямом издании временного приказа о назначении заключенному женского гормона без консультации с врачом-экспертом, который мог бы решить проблемы, поднятые, в частности, главой тюремного отделения. Об этом сообщил Филип Батор из Института Ордо Юриса.
Источник: Ordo Iuris
TG
